Офіційний сайт руху

Из прошлого в будущее через настоящее

Здравствуйте! Прочитал о конкурсе на лучшую историю о начале трезвой жизни. И хотя вся моя жизнь от рождения трезвая (биография моя не делится на нетрезвую и трезвую, а ВСЯ ТРЕЗВАЯ), тем не менее сначала (от рождения в 1955 году до 1985 года) это была естественная трезвость, когда я попросту жил трезвой жизнью, но о вопросах трезвости и нетрезвости не задумывался. А с 1985 года это уже ГРАМОТНАЯ трезвость, УБЕЖДЁННАЯ трезвость, опирающаяся не только на естественное желание жить трезво (как было раньше), но и на знание истории трезвеннического движения, на личное участие в организованной борьбе за трезвость, в организованных сознательных действиях по отпору борьбе против трезвости.

Помню чётко первое моё детское воспоминание об алкоголе. Осень 1963 года. Мне семь лет. Родители мои вместе со мной и моим младшим братом Вовой из закарпатского райцентра Хуста, где мы тогда жили и где я уже учился в первом классе, поехали в Орск Оренбургской области, где жили мамины родители. Приехали на свадьбу младшей маминой сестры, моей тёти Тамилы. Перед свадьбой бабушка моя набрала в сетки авоськи несколько пустых трёхлитровых банок, взяла меня с собой и привела меня в дом, где жила сестра жениха. Как зашли мы туда, я сразу ощутил сильный резкий запах чего-то противного, неприятного, гадкого, отвратительного. Захожу вместе с бабушкой — а там женщины, суета, пар, котлы, приспособления какие-то, кастрюли, бутылки, банки... Одна из тёток налила в бабушкины банки гадость какую-то, которая очень неприятно воняла... Воняла вонью, дотоле мне совершенно незнакомой. Домой мы с бабушкой возвращались с банками уже не пустыми, а полными...

Так я впервые узнал о существовании самогона. Но это воспоминание было хотя бы кратковременным, так сказать точечным во времени: пришёл, увидел и ушёл. Следующее же воспоминание об алкоголе растянулось уже на годы. В Хусте, где прошло моё сознательное детство, мы жили на улице Коммунистической. В центр города с нашей улицы были два маршрута — долгий и короткий. Когда мне не было причины спешить — шёл долгим путём. Ибо в этом случае не надо было проходить мимо пивнушки. Если же не хватало времени и боялся опоздать — приходилось идти коротким путём мимо строения павильонного типа, на подходе к которому меня обдавал целый «букет» вонючих запахов, присущих только пивным киоскам, пивным павильонам, пивным барам и прочим пивнушкам... Идти приходилось не только мимо вони, но и мимо пьяных физиономий, пьяных разговоров, пьяных разборок... Когда подходил к месту этому вонючему, всегда старался побыстрее проскочить мимо него. Так было в детстве.

Но так же было и тогда, когда уже после окончания университета и рождения дочери я, уже взрослый мужчина, проходил мимо той пивнушки. Никогда, ни одного раза не возникло у меня никакого желания зайти в тот павильон — ни у школьника Коли Паранича, ни у старшего научного сотрудника Хустского отдела Закарпатского краеведческого музея Николая Паранича. Ни одного раза я туда так и не зашёл. А ведь какая масса людей прошла через пивнушку эту!.. Теперь на её месте военкомат...

Но в какой-то момент всё же пришлось попробовать гадости пивной. Пусть и не в этой точке, пусть не по своему желанию, но пришлось. Первый и единственный раз в жизни. Вот как это было. Июнь 1978 года, Ужгород, летняя студенческая сессия. Мы, двадцать ребят студентов, заканчивавших тогда четвёртый курс исторического факультета Ужгородского государственного университета, тот летний день с утра до вечера провели на военной кафедре — сдавали экзамен по тактической подготовке. Сдавали долго, трудно, нудно. Сдавали без обеда. В конце концов сдали. Ближе к вечеру возвращаемся домой в общежитие родное. Возвращаемся все вместе. Возвращаемся уставшие, голодные, жаждущие... Вдруг, когда уже прошли добрую половину пути, Боря по кличке Самец бросает клич: «Эй, скифы! Неужели пройдём мимо ресторана «Турист»? Здесь же всегда есть пиво! Все за мной!» Вова по кличке Воча его поддержал, и мы все пошли в ресторан. Уважаемый читатель! Знаешь ли ты, что такое студенческая дружба, студенческий коллективизм, студенческая солидарность? Знаешь ли ты студенческое чувство локтя?.. Если ты когда-то был студентом, то, конечно же, знаешь... Вот и я был студент. То были лучшие годы моей жизни... И дружбу студенческую нашу мы храним до сих пор. Вот и в прошлом 2009 году снова организовались и встретились через тридцать лет после окончания университета. Но возвращусь к теме моего повествования. В ресторане том инициаторы заказали каждому из нас по две пол-литровые кружки пива, а из еды — лишь по пирожку. Мучаю, мучаю кружку свою, еле выпил половину, а ребята уже приступили ко второй кружке. Пока заставил себя допить кружку гадости этой мочеподобной, ребята уже заказывают ещё по две кружки каждому. Тут я взмолился: «Ребята! Мне не заказывайте, я ж еле первую домучил»... Сжалились — не заказали. Вот ребята поглотили и по третьей, и по четвёртой кружке — я же никак не могу домучить вторую... Короче, так её и не допил... До общежития родного еле дошёл, плохо мне стало, голова разболелась... Ребята смеялись, а мне не до смеха было... Нет, не подумайте, я не из хилых, одновременно с учёбой в средней и музыкальной школе занимался и в школе спортивной, даже весной 1973 года стал чемпионом Закарпатской области в беге на 200 метров среди старшеклассников. Просто гадости мочеподобной вонючей не пил и не покупал никогда ни до этого случая, ни после...

В предыдущих нескольких абзацах я рассказал о том, как в детстве и в юности укоренившаяся в обществе питейная традиция доставала меня. Точнее, пыталась доставать. Став мужем, затем отцом, алкоголь я покупал раз в году — «Советское Шампанское» перед очередным Новым Годом. Если бы все покупали алкоголь в таком же количестве и с той же периодичностью — алкогольно-промышленный комплекс загнулся бы уже тогда. Жил я себе трезвой жизнью естественной, жил — и на тему эту не задумывался. Когда работал с 1980 по 1983 год в преимущественно женском коллективе краеведческого музея, то за эти три с половиной года у нас было всего одно мероприятие с употреблением алкоголя — угостил кто-то нас вином в тот день, когда в сентябре 1981 года мы открыли для посетителей только что созданную экспозицию музейную. Так что традиция алкогольная меня практически тогда не доставала.

Но вот когда осенью 1983 года мне с женой и четырёхлетней дочкой по обмену жилплощадью пришлось из родного Хуста переехать в соседний райцентр Иршаву, достала меня традиция алкогольная, достала. Корреспондентом районной газеты «Нове життя» я там работал с ноября 1983 года. А уже в феврале 1984 года при встрече с оставшимся в Хусте отцом пришлось пожаловаться ему:

— Слушай, папа, в редакции у нас двенадцать человек работают, дней рождений приходится в среднем по одному в месяц... За прошедшие три месяца поздравляли троих. И каждый такой день рождения для меня превращается в пытку...

— Эх, Колька! Не одна женщина была бы счастлива, если бы у её мужа такая пытка была лишь раз в месяц...

В том же году в августе я перешёл на работу в школу. И поскольку это была ШКОЛА, мероприятия с алкогольными возлияниями в ней не проводились! На всю жизнь я благодарен ныне покойному Эрнесту Васильевичу Вашу — директору той школы.

Между тем приближался новый 1985 год. И в декабре 1984 года я в восьмой раз в жизни (уже позже подсчитал) купил бутылку «Советского Шампанского» для новогодней ночи. То есть совершил ежегодную ритуальную покупку. Она оказалась последней алкогольной покупкой в моей жизни. Тогда мне было двадцать девять лет.

А через несколько месяцев умер очередной престарелый генсек, сменилось руководство страны. В мае 1985 года прочитал я известное постановление ЦК КПСС о мерах по преодолению пьянства и алкоголизма. Прочитал его с интересом, но с большой долей скептицизма, поскольку двадцатидевятилетний историк уже знал о недолговечности подобных советских кампаний типа хрущёвская «царица полей» кукуруза, брежневская «Продовольственная программа», андроповская дисциплина, черненковская мелиорация. В этом ряду воспринял я и то антиалкогольное постановление. Без энтузиазма прочитал и то место в постановлении, где речь шла о целесообразности создания Всесоюзного добровольного общества борьбы за трезвость. Гораздо более заинтересовал меня пункт о необходимости учреждения всесоюзного журнала «Трезвость и культура». Впервые в жизни мне вдруг захотелось хоть что-то почитать на эту тему.

Долго ждать не пришлось. Буквально через пару недель заметил в газете «Правда» за 2 июня 1985 года статью под названием «Просто ли быть «белой вороной»?» и с подзаголовком «Трезвость — норма жизни». По привычке сначала поинтересовался, кто автор — в конце статьи подпись: В.Рязанцев, психиатр-нарколог, г.Николаев. Ну, думаю, сейчас снова будет критиковать алкоголиков, разоблачать пьянство... Но как начал читать, сразу же понял, насколько я не прав... Прочитал на едином дыхании. Потрясла меня статья эта. Потрясла до глубины души, поразила, перевернула, прояснила, преобразила, вызвала воспоминания, сравнения, ассоциации, бурю эмоций, переживаний, настроений... Такого читать мне ещё не приходилось...

Извини, читатель, за длинную цитату, но слова, потрясшие меня четверть века назад, стоят того, чтобы их сегодня процитировать. Стоят того, чтобы их сегодня прочитать. Вот лишь отдельные фрагменты:

«...Есть, конечно, люди, которых не могут поколебать и соблазнить ничьи уговоры и мнения. Трезвый образ жизни каждого из них опирается на стойкую убеждённость, самоуважение, гражданскую гордость, которые помогают не замечать снисходительных взглядов, ироничных, а порой и оскорбительных реплик: что это, мол, за «белая ворона»?»

«...Была забыта антитеза пьянства — трезвость. Напечатано много книг и статей, в которых клеймится пьянство. А вот публикации, показывающие путь к трезвости, можно пересчитать на пальцах».

«Напротив, длительное время внедрялись псевдотеории «культурного» винопития и пресловутой «умеренности». О вреде же алкоголя говорилось обтекаемо, как-то вскользь, мимоходом. Даже некоторые учёные стали относить алкоголь к разряду пищевых продуктов. С годами всё это привело к тому, что прекрасная, светлая, разумная трезвость шла по нашей жизни где-то в сторонке, тихо и скромно, утешаясь лишь гордым сознанием своей правоты».

«Немало времени уйдёт на изменение сложившейся обстановки. Поэтому преобладающее большинство в обществе пока составляют лица, «обычно» пьющие. По обе стороны от них стоят носители крайне противоположных взглядов: трезвенники и пьяницы».

«...Кто социально опаснее? Для молодого поколения — именно «благополучные». Их число в обществе так значительно, а психология так заразительна, что именно они регулируют крен общественного мнения от трезвости в сторону активного употребления, которое и есть уже порог пьянства. Это они — «обычно» пьющие — с насмешкой смотрят на трезвенника, как на «белую ворону».

«...Трезвость бывает разная — вынужденная (из-за болезни), воспитанная, осознанная (по убеждению). Самая надежная — последняя. Это идеал трезвости. Но пока что приходится признать: трезвеннику живётся не совсем уютно. Он или уединяется, обособляется, старается не бывать в той среде, где не приемлют его убеждений, или пытается адаптироваться к общему укладу, делая вид, что он такой же, как все остальные, а сам, опережая гостеприимных хозяев, спешит наполнить свой бокал минеральной водой».

«...Даже в одиночку трезвенник может воздействовать на окружающих. Трезвость же коллективная — сила неоспоримая».

Так всё сразу стало ясно... Всё! Хватит! Хоть когда-то у меня было желание гадость алкогольную вливать в себя? Не было. Никогда не было. Так почему же из-за кого-то я должен насиловать себя? Почему должен поступать вопреки своему естеству, в угоду чуждым для меня привычкам?.. Решение принято. Принято раз и навсегда. Принято с удовольствием, без чьего-либо принуждения, то есть добровольно и сознательно. Повторяю: с удовольствием!

Правда, одна мысль из той статьи Рязанцева была мне тогда не совсем понятна. Она вызывала у меня вопросы, ответы на которые я тогда никак не мог для себя найти. Всё спрашивал и спрашивал себя: «Трезвенник-одиночка — это я. А трезвость коллективная — это как? Это где?.. Да и бывала ли трезвость коллективная вообще в истории?..» Спрашивал себя историк на тридцатом году жизни — и ответов не находил...

И вдруг буквально через два месяца получаю по подписке очередной номер журнала «Коммунист» №12 (1274) за август 1985 года. А в нём — редакционная статья «Архиважное дело» на двенадцати страницах на тему борьбы за трезвость, в которой, среди прочего, прочитал о массовом трезвенническом движении российских крестьян в 1858-1859 годах. Это ли не пример трезвости коллективной?!

После этих публикаций я уже сознательно искал в прессе, в книжных магазинах статьи, книги, брошюры антиалкогольной, трезвеннической тематики. Особая удача пришла в сентябре 1985 года, когда в книжном магазине мне попалась на глаза восьмидесятистраничная книга С.Н.Шевердина «Со злом бороться эффективно». Сразу же купил её. Прочитал так же, как и две вышеназванные публикации — на едином дыхании. И снова был поражён, потрясён, взволнован. Ведь если статья Рязанцева сделала меня сознательным трезвенником, а публикация в «Коммунисте» показала, что у меня есть единомышленники в прошлом, то в книге Шевердина я нашёл научный подход к борьбе за трезвость. Подход, который не ограничивается медицинским либо историческим аспектом, статистическим либо экономическим аспектом, правовым либо агитационно-пропагандистским аспектом. А подход комплексный. Такого я ещё тоже не читал.

Как видите, за четыре месяца с июня по сентябрь 1985 года я, ещё не будучи участником какой-либо трезвеннической организации (таковых у нас в Закарпатье тогда ещё попросту не было), а будучи всего лишь трезвенником-одиночкой, сам себе организовал трезвеннический ликбез, получил путём самообразования первичную информацию, которая меня перевернула. Семена упали в подготовленную почву. Конечно же, не мог я все эти открытия — да, для меня это были открытия — держать в себе. Не мог. Общаясь с друзьями, коллегами, знакомыми, соседями, товарищами, делился с ними этими открытиями, рассказывал, доказывал, спорил, показывал статьи, газеты, книги, брошюры... И до того дорассказывался, что 12 ноября 1985 года избрали меня ответственным секретарём Иршавского районного совета Всесоюзного добровольного общества борьбы за трезвость. И щуку бросили в реку...

Николай Паранич,
23 марта 2010 г.
Впервые опубликовано в информационном бюллетене Международной независимой ассоциации трезвости (МНАТ) «Феникс»
№2 (181), апрель 2010 г., стр.8 — 10.

Скачати DOC

Другие статьи автора:

Как я стоял в алкогольной очереди

Слово о трезвости как донести?

Опубліковано: 2011 р.